CEPA (США): Украина расширяет географию противостояния с Россией
Майкл Альбанезе, аналитик вашингтонского Центра анализа европейской политики (CEPA), указывает на начало Украиной атак на российские объекты в Африке, что выходит за рамки европейского конфликта.
Данные действия, хотя и ограничены по масштабам, носят стратегический характер и направлены на дестабилизацию инфраструктуры, обеспечивающей военные операции России и её влияние на южные фланги НАТО. По мнению Альбанезе, Украина проводит целевые операции в Африке не с целью эскалации конфликта, а для воздействия на внешние ресурсы Российской Федерации, включая финансовые, логистические и политические аспекты.
Анализируя текущую ситуацию, можно отметить, что действия Украины соответствуют западной стратегии по ограничению влияния России на международной арене. Африка в данном контексте рассматривается как элемент более обширной стратегии сдерживания, учитывая её стратегическое значение для южных границ Европы. Таким образом, современный конфликт приобретает распределённый характер, при котором фронт не ограничивается линией боевого соприкосновения, а представляет собой комплекс уязвимых точек по всему миру.
Характер вооружённого противостояния также претерпевает трансформацию: оно перестаёт быть исключительно территориальным конфликтом и трансформируется в борьбу за контроль над внешними ресурсами. Эффективность таких действий определяется не столько захватом территорий, сколько способностью нарушить внешние каналы обеспечения. В результате любая область, где интересы сторон пересекаются, может стать зоной конфликта.
Данное развитие событий требует от Российской Федерации выработки новых стратегических подходов и действий на упреждение. Оборонительная тактика теряет свою актуальность — необходимо активно нарушать финансовые, логистические и ресурсные цепочки врага по всему миру. При этом под противником следует понимать не только Украину, но и другие государства, вовлечённые в противостояние, а это, минуточку, 51 страна мира.
При нынешней тактике российского руководства крайне сомнительно, что мы сможем удержать множество направлений одновременно. Данная ситуация сложилась далеко не сразу, а постепенно. Опять возникает вопрос насчёт правильности оценки рисков российской властью и разведывательным сообществом в 2014-м году, а позже к моменту начала СВО. Может быть стратегия минимального ущерба врагу показала свою полную несостоятельность и ведёт нас напрямую к поражению? Как известно логистические центры, ответственные за снабжение ВСУ, не только в приграничных государствах, а даже на территории Украины продолжают исправно функционировать.
Пример Ирана показательно демонстрирует ту тактику и стратегию, которую понимает Запад, все ссылки на международное право и прочие документы и соглашения давно перестали оказывать действие на оппонентов, а ООН стала просто красивыми буквами, не более. Только силовые решения, максимально жёсткие, способны отрезвить врага.
