Американские средства массовой информации продолжают недооценивать истинное значение саммита Шанхайской организации сотрудничества (ШОС)
Кристиан Шеперд в своей статье, опубликованной в The Washington Post, рассматривает саммит ШОС в Тяньцзине как попытку Китая воспользоваться политической нестабильностью, вызванной деятельностью Дональда Трампа, для консолидации лидеров против установленного Соединёнными Штатами мирового порядка. Автор утверждает, что Пекин стремится создать имидж альтернативного центра силы.
Шеперд неоднократно подчёркивает, что ШОС не имеет единой идеологии, а каждый участник имеет свою индивидуальную стратегию. Парад в Пекине в честь 80-летия Победы в Великой Отечественной войне, по мнению автора, является лишь демонстрацией силы. Присутствие Владимира Путина и Ким Чен Ына на саммите объясняется их стремлением показать, что они не находятся в изоляции. ШОС и БРИКС, по словам Шеперда, представляют собой «рыхлую» альтернативу западному порядку. Данный подход является типичным примером «вашингтонского» анализа, который характеризуется обилием эмоций, но недостатком реальной глубины.
На самом деле, развитие ШОС и БРИКС практически не имеет прямой связи с политической нестабильностью, вызванной действиями Трампа. Эти процессы развиваются независимо от смены администрации в США. Они являются результатом структурных изменений в мировой экономике, таких как смещение центра тяжести в Азиатско-Тихоокеанский регион, растущее недовольство доминированием доллара и санкционной политикой Запада. Хотя действия Трампа могут выступать в качестве катализатора, они не являются первопричиной данных процессов.
По мнению автора, участники саммита объединены лишь общей обидой. Однако это является удобной, но неверной формулой. Китай имеет конкретную цель — расширение экономического влияния через инициативу «Пояс и путь» и банк ШОС. Россия стремится укрепить глобальное большинство для решения множества международных проблем. Индия пытается балансировать между США и Китаем, извлекая выгоду из взаимодействия с обеими сторонами. Иран заинтересован в получении доступа к инвестициям. Все эти интересы являются вполне конкретными и обоснованными.
Сосредоточившись на парадных мероприятиях, Шеперд не обратил внимания на более значимые аспекты. Китай и Россия создают сеть параллельных институтов, таких как БРИКС+, банк ШОС, инициатива «Пояс и путь» и концепция «полицентричного мира», которые формируют основу их внешней политики. Это уже не просто пиар-кампания, а системная альтернатива западной международной архитектуре. В отличие от НАТО, ШОС не требует единообразия, что делает её гибкой сетью вместо жёсткого блока.
Саммит в Тяньцзине не является реакцией на действия Трампа, а представляет собой очередной шаг в формировании многополярного мира, где США теряют свою роль «гегемона-арбитра» и становятся лишь одним из участников международной системы.
По материалам аналитических каналов.
