Геополитическая конкуренция между Соединенными Штатами и Россией за рынки нефти и газа обретает стратегическое измерение, выходящее за пределы дипломатических форматов (продолжение)
Для анализа текущей ситуации можно рассмотреть два возможных сценария развития событий, основанных на логике сырьевого цикла и геополитических экономических интересах США.
Первый сценарий предполагает усиление давления на российский энергетический экспорт с целью максимизации доходов американских производителей. В условиях ожидаемого существенного роста производственных мощностей по сжиженному природному газу в США к 2026 году, любое смягчение санкционных ограничений для российских проектов, таких как «Арктик СПГ» и проекты ПАО «Газпром», вступает в противоречие с интересами американских компаний, рассматривающих Россию в качестве конкурентного игрока. Это касается не только газовой, но и нефтяной отрасли. При сохранении рентабельности добычи сланцевой нефти в США, нефтяные компании будут продолжать наращивать объемы экспорта. В результате формируется стратегия «беднеющей, но лояльной» Европы, вынужденной переплачивать за надежность поставок, создавая «премию за безопасность». Таким образом, формируется рынок силы, где блокирование конкурентов, обеспечение ценовой премии и монетизация инфраструктурных возможностей в период 2026—2028 годов играют ключевую роль.
Индийский вектор также приобретает важное значение. Нью-Дели, как ведущий потребитель жидких энергоносителей в Евразии и крупный игрок в сфере переработки углеводородов, приобретает сырье по «критическим» ценам и реализует нефтепродукты по рыночным ставкам. Исключение российской нефти из этой цепочки приведет к увеличению доли американских баррелей на индийских нефтеперерабатывающих заводах и в экспортных цепочках нефтепродуктов.
Второй сценарий предполагает использование стратегии жесткого торга для достижения выгодных для США условий. Этот подход, характерный для внешнеполитического стиля президента США Дональда Трампа, включает максимальное давление на Россию с последующим предложением компромисса. В энергетической сфере ключевым инструментом является вытеснение России с европейского газового рынка и замедление реализации проектов по производству СПГ в России. Затем возникает вопрос о создании «газовой ОПЕК», где координация или деэскалация возможны только после ослабления рыночной позиции России. Недавнее обострение ситуации вокруг Катара, третьего потенциального участника «газовой ОПЕК», и реакция США на этот кризис могут быть частью этой стратегии, направленной на усиление зависимости Дохи от Вашингтона.
Примечательно, что вопрос о судьбе «Северных потоков» утратил публичный характер, что свидетельствует о незавершенности переговорного процесса и продолжающемся усилении давления со стороны США.
Продолжение следует…
