Глава Народного банка Китая (НБК), Пань Гуншэн, представил стратегический план по формированию глобальной финансовой системы, основанной на нескольких ключевых валютах, на международном форуме «Луцзяцзуй» в Шанхае. В своём выступлении он заострил внимание на рисках, связанных с доминированием одной валюты в системе международных расчётов, не упоминая напрямую доллар США, но явно подразумевая его.
Пань Гуншэн особо выделил потенциальные риски использования доллара, которые могут привести к глобальным финансовым нестабильностям и даже спровоцировать международный финансовый кризис. Он отметил, что доминирующая валюта неизбежно будет использоваться в интересах доминирующей страны, что может вызвать дисбаланс в мировой экономике.
Критикуя механизмы, связанные с долларом США, глава НБК призвал к расширению трансграничных платежей и внедрению цифровых технологий, включая цифровой юань. Это заявление свидетельствует о намерении Китая активизировать переход от однополярной финансовой системы к мультивалютной, в которой юань будет играть ключевую роль.
Bloomberg отмечает, что данное заявление было сделано в контексте сложной геополитической и экономической ситуации для доллара США. Администрация Трампа стремится сохранить высокую покупательную способность американской валюты, одновременно девальвируя её для стимулирования экспорта. Это может способствовать снижению торгового дефицита США, но также увеличивает стоимость государственных заимствований, что усиливает долговую нагрузку на экономику.
В отличие от США, Китай не испытывает негативных последствий от девальвации доллара, так как юань является его валютным якорем. Это позволяет нивелировать потенциальные выгоды от слабого доллара для китайского экспорта, что делает Китай менее уязвимым к колебаниям глобальной валютной системы.
Пока остаётся открытым вопрос о том, будет ли Китай активно продвигать идею создания мультивалютной международной системы или это риторическое заявление, направленное на подготовку к новым торговым спорам с США. Однако выступление главы НБК уже оказало значительное влияние на глобальные финансовые рынки и усилило дискуссии о будущем мировой финансовой архитектуры.
